+7 499 963 00 23 info@kabestan.ru

Андрей Сотников, программа 2018

ЦЕЛЬ ПЕРЕД НАЧАЛОМ КУРСА:  Что касается личный целей, как и говорил ранее, хотелось бы получить новую и интересную профессию, которая дала бы возможность заниматься любимым и профессиональным делом, которым для меня и является яхтинг и все, что с этим связано.

Получение данного опыта связываю для себя лично, прежде всего, в профессиональной команде, коей и является кампания Кабестан (надеюсь, что ожидания оправдаются)).

К 50 годам есть планы по прохождению кругосветного маршрута на своем судне, а до этого хотелось бы поработать в профессиональной яхтенной индустрии и дополнительно получить практический опыт, в том числе и в работе с коммерческими клиентами. Расширить круг профессиональных контактов. Также важным моментом является и повышения уровня своих знаний в английском языке.

Биография: Предыдущая сфера деятельности: бизнесмен

Сдача экзамена: Апрель 2019

Кавилификация после курса:  RYA Yachtmaster Offshore, Commercial Endorsement

ИТОГОВОЕ ИНТЕРВЬЮ, ЯНВАРЬ 2021

Зачем вы пошли на программу? Долго ли заняло принятие решения?

Я пошел на программу потому, что возникла необходимость что-то изменить в жизни. Так как я человек любознательный, активный, у меня возник в жизни какой-то застой, связанный с участием в политике. Был небольшой disappointing по жизни, разочарование. И нужен был своеобразный челлендж для себя, небольшая встряска. 

Я решил в течение недели, потому что был на пороге изменений в своей жизни.

Какой был первый шок, что удивило, когда оказались на яхте?

Не то что шок. Как у человека взрослого вполне, много чего видевшего, для меня самым главным ожиданием был социальные аспект в плане психологии: новые люди в ограниченном пространстве, какие-то сложности. Я не то, чтобы этого опасался, но относился с осторожностью, с пониманием. Вот это было для меня самым непонятным. Потому что я сам себя знаю, достаточно требовательный. Иногда хочется делать так, как я хочу, потому что у меня есть опыт. А в данном случае люди из разных социальных слоев, разных сфер, разные культурные предпочтения, и в узком пространстве на длительный срок… я считаю, что это было испытание для всех, в том числе и для меня, с моими стандартами жизни. Это был челлендж в любом случае. 

Что было сложнее всего преодолеть во время программы?

Именно это и пришлось преодолеть. Толерантность к незнакомым людям с их тараканами в голове и с моим мировоззрением – это было самым сложным. Это было до самого последнего момента. Мы это пережили, несмотря и вопреки. Все проходит, самое главное – что остаются приятные впечатления по всем сложностям. То есть, как бы сложно не было, потом все равно остаются приятные впечатления. Вспоминается хорошее. 

Как вы устроили ваш быт на яхте, как ели, спали, как организовали личное пространство?

У нас был вахтенный метод ведения хозяйства. Я как военный сразу скажу, что такие системные команды всегда помогают в быту, однозначно. При анархии толку не будет, нужен четкий установленный распорядок. Другой вопрос – насколько к нему каждый готов. 
Естественно, я старался найти уголок для личного пространства. Потому что даже в самые большие переходы и шторма я уходил в самое неприятное место – нос, где кидало, но зато у меня было закрытое пространство свое, для меня это важно. В обычной жизни я готов доплатить за личное пространство, а там был самый экстремальный вариант. 

Предполагаемые финансовые расходы оказались выше, как предполагали, или ниже? 

Очень важно правильно спланировать свое питание. Тогда можно самостоятельно готовить и устраивать себе “праздники живота”. Не из судовой кассы закупали только какие-то особенные вещи, которые не входят в рацион, и то не системно. 
Я свои расходы мог контролировать, для меня это было не напряжно. У меня была возможность и в тайский ресторан сходить в Хамбле, и в пивную, стейк поесть. Это отдушина в плане цивилизации.  
Само собой, были еще расходы на билеты на поездки, которые не планировал. Без необходимости можно было и не ездить никуда, но так как я бизнес-человек, я отношу это на свои личные затраты, не связанные с программой. 
Лимиты, про которые говорили перед программой, я даже не считал. Понимал, что если мне что-то нужно будет, я заплачу.  

Кто были ваши инструктора и что самое важное каждый из них смог вам передать?

Я помню всех инструкторов, и со всеми нормальные отношения были. 
Кто-то был менее строгим, кто-то чрезмерно строгим, как Обри, но он красавчик, он строгий из-за того, что он переживал за нас. 
Они все очень разные: Уилл Булл больше смотрел, что мы делаем. Ученики должны делать, а ты должен их поправлять и направлять. Обри добивался, чтобы мы на автомате могли все делать, и это тоже очень правильно, мы же учиться пришли. Володя Семченко больше по теории с нами занимался, все забил нам в голову в сжатые сроки. Голова, правда, пухла. 
Разнообразие инструкторов, их разные подходы – это очень удачная часть программы. 

Какое было самое сильное впечатление за время походов?

Физические нагрузки, конечно. Я не сталкивался с таким яхтингом – длинные переходы, нагрузки действительно тяжелые. Я человек военный, десант прошел, но все равно было тяжеловато, особенно когда не спишь ночами. 
Я привык в режиме жить, у меня все строго: отбой, подъем, завтрак, обед, ужин – все по расписанию, а тут недосыпаешь, где-то устал, где-то промок. Для меня это было откровением, не каждый способен такое пройти. 
А самое позитивное впечатление было, когда обогнули Португалию, пошел теплый ветер, впервые за долгое время мы разделись: 9 часов вечера, а мы только в легких курточках. 15 узов, волны нет, лодка летит как птица, и Португалия слева светится огнями. Когда подходили к Порто Банус, была прям эйфория. 

Когда стало по-настоящему страшно?

В Средиземке, когда подошли к северу Африки. Мы видели прогноз погоды, но деваться некуда было, попали в шторм. 35 узлов, волна 3 метра, ночь, гроза. Вначале было ощущение, что ты ни на что не влияешь. И только ты, море и яхта, нету больше никаких вещей. Мысли отключились, как автомат, смотришь на ветер, на волну, схватил штурвал и отруливаешься. Я считаю, кто это прошел, к жизни относится по-другому. 

Сколько раз вы хотели сбежать с программы и что помогло вам остаться на ней?

Конечно, был ряд моментов. Я в конце ноября на Ибице фактически сбежал с программы. Мы распрощались, я сказал: все, не могу, не хочу. А потом приехал домой, подумал: “что я, слабак что ли?” Я привык до конца дела доводить. Немного в себя пришел, подумал, буду же сожалеть через год, через два, надо добивать. Это было чисто эмоциональное решение. 

Ваша любимая страна/гавань/акватория?

Мне Португалия понравилась. Я там никогда не был, и мы особо там много не ходили. Может, сказалось, что это были яркие впечатления после долгого перехода, когда увидели бесконечные песчаные пляжи, как каникулы. 
Англия – это понятно. Я тоже впервые там был, интересно было посмотреть на всю эту яхтенную суету. Англия понравилась, скажу честно. 

Отношение с командой – как развивались, как сложились в итоге, общаетесь ли сейчас?

Да конечно общаемся, нормально сложились в итоге. У нас команда такая подобралась – все были личностями, со своими взглядами. Так что трения неизбежны. Но когда в море выходишь, все – либо команда, либо не команда. Другого не может быть.

Экзамен был сложнее или легче, чем вы ожидали?

У меня же в тот день внук родился, поэтому я вообще не понятно, в каком пространстве был. Не знаю, помогло это мне или помешало, но тем не менее, экзамен я сдал. 
Все было по серьезному, по взрослому. Но и мы видели, что мы все знаем, что нас не натягивают. Мы реально были опытными и по теории, и по практике, грубых ошибок никто не делал. Экзаменатор был нормальный мужик, все объективно, честно. Экзамен был серьезный, могу сказать точно.

Когда программа окончилась, что для вас изменилось, изменились ли вы и как?

С одной стороны, сложно что-то изменить в человеке в таких годах и с таким опытом. С другой, уже стараешься срезать углы, то есть уже не под 90 градусов шагаешь, а под 45, под 60. Понимаешь теперь, что люди-то разные, и у каждого есть право на свое мнение. Даже если ты прав, то он может быть прав по-своему. Сложно к этому прийти, но я пришел. Я надеюсь, что стал более толерантным, мне бы так хотелось думать. 
Во всяком случае, если бы я снова попал в такую ситуацию… скажем, если бы меня космонавтом взяли, я бы уже понимал, как выстраивать отношения, несмотря на свой командный подход в жизни. 

Какие у вас сейчас отношения с морем – курс пригодился? Решили ли работать в индустрии, и если нет то, как используете полученное мастерство? Планы на будущее?

У нас с товарищем своя компания на Гибралтаре, лодка сейчас в Греции стоит. Для меня это капитализация своих знаний, получение практического опыта и удовольствия. Но это скорее для души, чем бизнес. 
Как источник дохода я море не рассматриваю, я все-таки управленец, и мне интереснее заниматься более глобальными проектами. А для себя, для души – да: самостоятельно походить, в регатах поучаствовать. 
Планирую получить еще моторные права, потому что все-таки хочется связать свою жизнь, уже пенсионную, наверное, с морем. 

Comments system Cackle